[/CENTER]Какие деньги ходили в Забайкалье.
«Голуби» и «воробьи»
Ходил в годы гражданской войны по Забайкалью анекдот:
- Эй, сосед, ты, куда на трёх пролётках отправился?
- Да, на базар за вязанкой дров.
- А, зачем тебе три пролётки-то?
- Как зачем?! На одной дрова повезу. На второй сам поеду. А на третьей деньги – чтоб с извозчиками расплатиться!
И ещё один: «Отвёз один извозчик пассажира и едет обратно, пригорюнился: оплата за проезд всю пролётку заняла и нового пассажира посадить некуда. Думает: а не надул ли его пассажир при расчете, потом плюнул и вслух говорит: «А, бес с ним – на миллион больше, на миллион меньше – всё равно на овёс не хватит»!
Эти анекдоты выражают отношение народа к деньгам атамана Семёнова, который правил в Забайкалье с сентября 1918 г по октябрь 1920 г. Как и многие новоявленные правители того времени, атаман был озабочен пополнением своей казны. 2 января 1919 г. был издан указ, по которому на военные нужды из Читинского отделения Госбанка были перечислены все наличные средства, кроме вкладов частных лиц, что дало 3 миллиона 119 тыс. рублей. Кроме этого Семёновым было изъято два из девяти вагонов с золотом, отправленных Колчаком во Владивосток, что дало ещё 43, 5 миллионов рублей. Для населения налоги были увеличены в 13 раз. Помогали новому читинскому правителю и союзники: японцы, французы, англичане перечислили в 1918 г около 10 миллионов рублей. Своих денег пока не было, поэтому в Забайкалье ходили различные денежные знаки, начиная с царских, кончая выпущенными советской властью.
(Вот такие деньги ходили в Забайкалье)
Чтобы компенсировать свои убытки предприниматели увеличивали рабочий день, сокращали заработную плату. Профсоюз горнорабочих заявлял, что работы проводятся «при такой низкой оплате труда, что заработка от этих работ не хватает для пропитания самого рабочего, не говоря о его семье». Начался спад, производства. Например, добыча железной руды на Балягинском руднике сократилась на 77%, выплавка чугуна на Петровском чугунолитейном заводе на 80%. Но всё же в 1919 г. Петровский завод продал японцам 15 тыс. пудов чугуна на сумму 112500 рублей из запасов, оставшихся после удовлетворения заявки железной дороги. На 60% уменьшилось поголовье крупнорогатого скота.
Естественно, что при таком развале экономики и сельского хозяйства цены быстро росли и к июлю 1919 в 20-100 раз превысили показатели 1915 года. «Восточный курьер» писал: «Мы, читинцы, за последнее время на собственном кармане убеждались, как бешено поднимаются цены на предметы первой необходимости, но бороться с эти мы, конечно, бессильны». В 1919 г. зарплата хоть и увеличилась в 10-15 раз, но за ценами угнаться не могла. В июле 1919 г. прожиточный минимум в Забайкалье был установлен в размере 344 рубля, хотя минимально требовалось 750 рублей на человека.
Чтобы поддержать экономику Забайкалья и покрыть собственные военные нужды Семёнов в 1920 году выпускает собственные, но ничем не обеспеченные деньги номиналом в 100 и 500 рублей. Скажу сразу, что семёновские деньги - одни из самых примитивных, из тех, что были выпущены в период гражданской войны в России. Напечатаны они были на бумаге с водяными знаками, изготовленной в Америке для Колчака и перехваченной Семёновым. Но вот вид их был весьма убогий: знак в 100 рублей напечатан на желтоватой бумаге чёрной краской, на лицевой стороне – рамка, двуглавый орёл, номинал, надпись: «Читинское отделение». На обратной стороне надпись: «Имеет хождение наравне с денежными знаками» и предупреждение «Подделка преследуется по закону». Но последняя надпись, просто смешна т.к. подделывать эти деньги ввиду их ничтожной рыночной стоимости просто не имело смысла – бумага и краска дороже обойдутся.
(Лицевая сторона «воробья») (Обратная сторона)
500 рублёвая купюра была размером побольше и напечатана зелёной краской. Население сразу дало им названия: сторублёвки обозвало «воробьями», а пятисотрублёвки – «голубками». Никто не хотел их брать, поэтому был выпущен приказ о том, что в случае отказа их принять, виновные подвергнутся аресту сроком до 6 месяцев, либо штрафу в 10 тысяч рублей. Но, естественно, что приказ этот выполнять никто не спешил, ведь у каждого блюстителя порядка семьи находились в аналогичном положении. Станки по печатанию семёновских денег работали круглосуточно, в три смены, были реквизированы печатные станки из всех частных типографий. В итоге к 17 августа 1920 года быловыпущено «воробьёв» и «голубков» на сумму 9 848 942 000 рублей. Естественно, это обрушило финансовый рынок Забайкалья. Если на 1 апреля 1920 г. за 1 японскую иену просили 350-400 рублей семёновскими, то 8 июня уже от 8 – 12 тысяч. В конце же июня за 1 иену давали 29 тысяч рублей! К августу прожиточный минимум достиг 2 мил.500 тыс. рублей. Если 24 июня фунт (около 400 гр.) пшеничного хлеба стоил 400 руб., то через месяц все 700 рублей. Летом 1920 г. в Чите за бочку воды водовозы брали 30 тысяч рублей, а извозчики за проезд в один конец 50 тысяч. В крупных банках семёновские деньги принимались на вес, и просчёт в миллион рублей просчётом не считался.
В виду ужасной инфляции забайкальское правительство было вынуждено принимать меры для улучшения материального положения населения. В 1920 году рабочим и служащим вместе с зарплатой выплатили ежемесячные дополнительные пособия: в марте пособие равнялось двухмесячному окладу, в июне – четырёхмесячному. В августе железнодорожникам (Семёновская «голубка») зарплата была вообще выдана золотом. Повысили и стипендию студентам в вузах с 420 до 4800 рублей. Выдавались продовольственные пайки семьям солдат, находящихся на фронте, вдовам. По мере возможностей обеспечивались и приюты. В августе 1920 г. для беднейшего населения было выделено 20 тыс. пудов (пуд -16 килограммов) по цене 40 тыс. рублей семёновскими за пуд. 15 сентября была введена карточная система, по которой самые необходимые продукты можно было купить по приемлемой цене. Незадолго до падения Читы население вообще отказалось от «воробьев» и «голубков» и перешло на царские бумажные деньги и монеты.
Пытаясь, остановить инфляцию Семёнов задумал выпустить новые денежные знаки достоинством от 25 до 5000 рублей. Были напечатаны даже пробные экземпляры, некоторые из них сохранились в частных коллекциях. В серию эти деньги не пошли, просто не успели, так как в марте 1920 года в Читу вошли части Дальневосточной армии. Именно тогда в типографиях были обнаружены кипы листов добротной американской бумаги с недопечатанными денежными знаками атамана Семёнова. Выбрасывать такое добро было жалко, и бумаге нашли достойное применение – её использовали для переплёта книг. До сих пор в библиотеках Забайкалья можно встретить старые книги, форзацы которых изготовлены из недопечатанных денег атамана Семёнова.
***
Американские деньги или «зелёный с баней»
Гражданская война подходила к концу, был освобождён Верхнеудинск (ныне Улан-Удэ), Красная армия нацелилась на Читу. Только вот под Петровским заводом вынуждена была ненадолго отступить - там оборону заняли японцы. Но всем было понятно, что окончательная победа – дело времени. Естественно, необходимо было создать некий государственный орган, и он был создан – временная земская власть Прибайкалья, случилось это 5 марта 1920 г. в Верхнеудинске, но уже 6 апреля Учредительный съезд трудящихся Прибайкалья провозглашает создание Дальневосточной народной республики, «объединяющей области Забайкальскую, Амурскую, Приморскую, Сахалин и полосу отчуждения КВЖД». Так была создана «буферная» Дальневосточная республика.
Одной из самых первых проблем нового правительства стал хаос, царящий в денежном обращении Сибири и Забайкалья в частности. Каких только денег здесь не было: царские, Временного правительства - «керенки», «думки», ещё «сибирки», «голубки» и «воробьи» - на многие миллиарды рублей. Было решено осуществить выпуск новых денег для того, чтобы подтвердить собственное государственное существование и изъять из обращения затопившую рынок денежную массу. Но пока отсутствовала техническая возможность для реализации этого замысла. Правительство задумалось. Тут поступило сообщение из Иркутска, что там перехвачены вагоны шедшие из Владивостока в Омск с заказанными колчаковским правительством в Америке «кредитными билетами образца 1918 г.»
(«Американские» деньги)
История этих денежных знаков очень интересна. В 1917 г. Министерство иностранных дел Временного правительства разместило в фирме American Bank Note Company – одной из крупнейших в мире специализировавшихся на изготовлении ценных бумаг, заказ на изготовление новых российских денежных знаков и облигаций выигрышного займа. Но вот получить их не успело, было свергнуто. Затем ценные бумаги затребовал Колчак.
В декабре 1918 г. из Вашингтона в Омск отправлена телеграмма: «Высылаем Вам…на 10 миллионов облигаций выигрышного займа 1917 г. и на 3 ½ миллиарда напечатанных здесь кредитных билетов». Внешний вид и вообще полиграфия были очень хороши и заметно выигрывали по сравнению с тусклыми и одноцветными деньгами различных правительств на территории бывшей Российской империи. Выпущены были 50 копеек и облигации займа (которые Колчак получить и использовать успел) и казначейские билеты в 25 и 100 рублей (которые до него не дошли). На 100 рублях изображена богиня плодородия Церера, и что интересно американцы использовали уже готовое клише – именно этот рисунок был размещён на колумбийских деньгах, а затем и на Гватемальских, Венесуэльских, Мексиканских. Одно слово – лентяи! На 25 рублях – более российский сюжет: фигура сидящей женщины, опирающейся на щит с изображением русского двуглавого орла, показана на фоне купола Исаакиевского собора и многочисленных кораблей в гавани Северной столицы. Ещё одной деталью стал обновлённый Государственный герб России, по-другому - «герб Временного правительства». Двуглавый орёл без царских регалий и под ним Таврический дворец, где собственно и заседало Временное правительство. Красивы и облигации краткосрочного займа. Были они 5 разрядов с купонами. Первый разряд зелёного цвета народ тут же обозвал «зелёный с баней». Всего заказано было этих денежных знаков на сумму 12,3 миллиарда рублей, а получено во Владивостоке всего 3,9 миллиона. Вот именно их-то и обнаружили в Иркутске агенты власти Прибайкалья. Решено было использовать на первых порах именно эти деньги при этом 1 «американский» рубль равнялся 10 «сибирским». На кредитных билетах появилась надпечатка «ВРЕМЕННАЯ («Зелёный с баней») ЗЕМСКАЯ ВЛАСТЬ ПРИБАЙКАЛЬЯ»
на билетах 25 рублей красной краской, на билетах в 100 рублей синей. Всего было выпущено данных денежных знаков с подобной надпечаткой на сумму 228 425 950 рублей. Но всё же эти кредитные билеты были неудобны в обращении, так как имели всего два номинала. За товары и продукты, стоившие на рынке, например 17,19 или 24 рубля приходилось отдавать 25 рублей, то же самое и со 100 руб. («Американские» 100 рублей с надпечаткой) Назрела острая необходимость печатать собственные деньги.
***
Как 47 миллионов в рубль превратились.
Из воспоминаний красноармейца П.И.Фартушнова, который пересёк границу ДВР в 1921 г.: «В Верхнеудинск поезд прибыл утром. Я спал, когда меня стали тормошить:
- Петро, вставай, давай деньги! Гляди, чем торгуют.
В нашей семёрке я числился казначеем. Аттестаты на пропитание и сорок семь миллионов рублей денежных знаков хранились у меня… Я поднялся и выглянул в окно. Под дощатым навесом у перрона на столах перед торговками лежали жареные утки, куски мяса, рыба, румяные лепёшки, ягоды, молоко. После скудного красноармейского пайка в голодный 1921 год всё это казалось нам диковинным. Мы высыпали на перрон… Мы окружили торговца-китайца и вскоре всё содержимое его короба – булки, варёная курица и три круга колбасы – исчезло в нашем провизионном мешке.
- Сколько платить? – спросил я, вынимая пачки денег из кармана.
- Рубли и пятьсат копейка, - ответил китаец.
- Полтора рубля? – переспросил я, не веря своим ушам.
Торговец кивнул головой в знак согласия, и я отвалил ему миллионную бумажку в надежде получить сдачи.
- Такой таньга, принимай нету, - замотал головой китаец, - солото, сирбло давай…
- Да пойми ты, мил человек, - заспорил Матвеев, - деньги-то настоящие даём тебе…
Но китаец отрицательно мотал головой, приговаривая: - солото, сирбро…»
Что же случилось? Почему в 1921 г. население республики перешло на металлическое денежное обращение? Об этом ниже.
Летом 1920 года правительство ДВР (Дальневосточной республики) выпустило кредитные билеты сначала достоинством в 1,3,5, и 10 рублей, затем – в 500 и 1000 рублей. Изображённый на денежных знаках герб республики с якорем, снопом и кайлом символизировал собой Приморье, Приамурье и Забайкалье.
Все денежные знаки, ходившие тогда на территории ДВР обменивались из расчета 1 (10 рублей ДВР) рубль новыми за 1000 старыми. Однако уже к середине июня 1921 г. за тысячерублёвую купюру - «кусок» по-народному - давали 4 копейки золотом. Дальневосточные деньги практически потеряли цену, население отказывалось их принимать, с ними произошло примерно то же что раньше с колчаковскими «сибирками» и семёновскими «воробьями» и «голубками».
Казалось, выхода нет. Но правительство ДВР его нашло. При помощи РСФСР ДВР сделало ряд займов и пополнило свой монетный фонд, а во второй половине 1921 г. установило на территории Дальневосточной республики металлическое денежное обращение. Уже в 1922 г. поступление золота в государственную казну ДВР достигло 15 миллионов 56 тысяч рублей. Внутренний рынок перешёл на золотой расчёт. Рабочим и служащим (500 рублей ДВР) в августе 1921 года зарплата была выдана золотом в размере 5 рублей, осенью им было выдано уже 8 рублей золотом. ДВР постепенно выходило из экономического кризиса. Золотое обращение в ДВР очень заинтересовало власти Советской России. Было невероятно, что такая бедная республика смогла преодолеть все трудности с помощью введения золотого денежного обращения. Специальная комиссия народных комиссаров финансов и торговли РСФСР 2 месяца изучала в ДВР её экономическое чудо. В итоге, в 1922-1924 гг. в РСФСР (где была страшная инфляция) частично ввели монетное (медное, серебряное, золотое) обращение и, в конце концов, стабилизировали финансовое по ложение. Вот так ДВР стала новатором и помогла Советской России в преодолении экономических трудностей.
Конечно, можно рассказать много чего интересного из денежного обращения в период гражданской войны в России. Но, увы, газетное пространство ограничено. Но, я думаю, мы ещё вернёмся к этой теме. А, хотите узнать, чем закончился тот курьёзный случай, который я описывал в начале этой части?
Как мы помним, китаец отказался принять бумажные деньги у красноармейца Фартушнова. «Проходящий мимо гражданин, - вспоминает он, - подсказал, что деньги следует обменять в банке или у людей, специально занимающихся этим делом. Искать банк мы не стали, а тут же на перроне у какого-то субъекта обменяли оставшиеся у нас миллионы за один рубль и восемь копеек серебра». Вот так 47 миллионов превратились в 1 рубль и семь копеек.
Д.Головин
[CENTER] |
